— Боюсь я за «Субару» много не дадут. Да и привык я к ней. Так что, не знаю, что и делать.

В общем-то, Иван Иванович несколько лукавил: корень его проблем находился гораздо глубже. Большая часть его долгов, совершенно не фигурирующих ни в каких документах, сделана была им у некоторых неофициальных лиц, чрезвычайно охотно дающих в долг, но и условия возвращения долга блюдущих предельно жёстко. Вплоть до насильственного отторжения собственности нерадивого должника. Впрочем, в эту сторону своих взаимоотношений с теневой экономикой он, уже «поставленный на счётчик», г. Самсонова так и не посвятил, о чём потом неоднократно горько жалел.

— Тогда у меня такое предложение, я оплачиваю долги сервиса, и мы становимся соучредителями, — сделал своё предложение механик Самсонов, не подозревавший об истинных причинах кручины директора.

— Вы? — несказанно удивился Иван Иванович, хотя какая-то такая мысль уже посещала его голову, при виде той уверенности, с которой повёл общение с ним его механик. — А денег хватит?

— Думаю, да! Я, знаете ли, наследство получил.

— Ну, если наследство… Только я откажусь, с этими алкашами каши не сваришь, придётся продавать, наверно, — заявил бизнесмен, у которого слово «алкаш» у самого только что на лице не было написано.

— Что же, давайте я и куплю, — неожиданно даже для самого себя предложил г. Самсонов.

— ?? — Иван Иванович поперхнулся только что закуренной сигаретой. — А сколько дашь?

— А это мы сейчас посчитаем!

И начался русский торг…

Нет смысла утомлять читателя конкретными цифрами, тем более, что суммы назывались в ветхозаветных рублях, переход страны на расчёты в евро тогда даже ещё не обсуждался. Достаточно сказать, что если цена называемая владельцем парила в небесах, подобно гордому орлу, то покупатель называл иные цифры, не выше воробьиного перепархивания.

В итоге, под давлением очевидных фактов о балансовой стоимости цеха (кровля требует ремонта, окна застекления), офиса (требует ремонта), трёх подъёмников (не работают два), боксов (тоже, чего-то требуют), минус накопившиеся долги, включая не выплаченные зарплаты, высота полёта горного орла снизилась постепенно до уровня траекторий городской вороны. И стороны, уже глубокой ночью, пришли к окончательному соглашению.